СПКЯ теперь называется ПМОС. Почему врачи отказались от «поликистоза» и что это меняет для миллионов женщин

Почему слово «поликистоз» годами сбивало женщин с толку

Главная проблема прежнего названия — само слово «поликистоз». Оно создавало впечатление, что заболевание определяется кистами и локализовано преимущественно в яичниках. Наталья Садовая рассказывает, что пациентки иногда воспринимают термин буквально:

«Когда пациентки слышат термин «поликистозные яичники», они считают, что это то, что нужно и можно удалить хирургическим путем. Хотя сегодня метод «дриллинга яичников», то есть хирургического вмешательства, используется крайне редко».

Но фолликулы, которые оценивает врач при УЗИ, — не патологические кисты. А характерная поликистозная морфология яичников сама по себе еще не означает, что у женщины есть синдром.

При этом речь идет об одном из самых распространенных гормональных нарушений у женщин. По оценке Всемирной организации здравоохранения, СПКЯ встречается у 10–13% женщин репродуктивного возраста — примерно у каждой восьмой. До 70% женщин с синдромом могут не знать о своем диагнозе. Российские клинические рекомендации приводят еще более широкий диапазон — от 8 до 21% в зависимости от особенностей исследуемой популяции и используемых диагностических критериев.

Новое название точнее отражает современное представление о заболевании.

Полиэндокринный — подчеркивает, что синдром связан с гормональной регуляцией шире работы только яичников.

Метаболический — обращает внимание на обмен веществ и связанные с ним долгосрочные риски.

Овариальный — сохраняет роль яичников и репродуктивной системы, но больше не сводит заболевание только к ним.

При этом ученые не обнаружили в 2026 году новую болезнь. Репродуктивные, метаболические и психологические особенности СПКЯ учитывались в рекомендациях и раньше. Новое название скорее приводит термин в соответствие с современным пониманием синдрома.

Может ли ПМОС быть у женщины без лишнего веса и изменений на УЗИ

Один из самых устойчивых мифов звучит так: если УЗИ яичников нормальное или у женщины нет лишнего веса, значит, СПКЯ быть не может.

Оба утверждения неверны.

В своей практике Наталья Садовая гораздо чаще встречает не «классический» образ пациентки с лишним весом, нерегулярным циклом и выраженными проявлениями избытка андрогенов, а совершенно другие сочетания симптомов. Среди ее пациенток есть, по словам врача, много девушек нормальной комплекции, либо астенического телосложения.

Нормальная масса тела не исключает ПМОС. Как не исключает его и отсутствие характерной картины яичников на УЗИ.

У одной женщины могут сочетаться нерегулярный цикл и признаки избытка андрогенов. У другой — нарушения цикла и характерная морфология яичников. У третьей набор проявлений будет другим.

Поэтому задача врача — не искать одну «типичную пациентку», а оценивать сочетание признаков именно у конкретной женщины.

Акне, нарушения цикла и нежелательные волосы: когда симптомы стоит рассматривать вместе

Иногда ПМОС обнаруживается не потому, что женщина сама приходит к гинекологу с подозрением на синдром, а потому, что врач сопоставляет симптомы, которые раньше рассматривались независимо друг от друга.

Особенно характерен такой сценарий для молодых девушек. Акне или нежелательный рост волос могут беспокоить сильнее, чем редкие менструации, поэтому пациентка идет к дерматологу, а нерегулярный цикл считает своей особенностью.

Это не значит, что любое акне связано с ПМОС. Оно может быть самостоятельным заболеванием кожи. Но если выраженные кожные проявления сочетаются с устойчивым нарушением менструального цикла, врачу важно видеть обе проблемы одновременно.

Здесь и появляется смысл междисциплинарного подхода. Дерматолог может лечить заболевание кожи, гинеколог — оценивать репродуктивную составляющую синдрома, а при необходимости подключаются специалисты других профилей. Наличие ПМОС не означает, что все симптомы должен лечить один врач.

Наталья Дмитриевна описывает и другой распространенный сценарий. Девушке много лет назад из-за нерегулярного цикла назначили комбинированные гормональные контрацептивы (КОК). На фоне приема кровотечения стали предсказуемыми, и вопрос о причинах нарушения цикла больше не возникал.

Через несколько лет женщина отменяет контрацепцию, например потому, что планирует беременность. И тогда снова становится заметна исходная проблема: самостоятельные менструации приходят редко, могут появиться акне или нежелательный рост волос.

Это не означает, что КОК вызывают ПМОС. Они используются для коррекции некоторых проявлений синдрома. Вопрос возникает, если до назначения препарата причину исходно нерегулярного цикла не выясняли.

Как диагностируют ПМОС и почему одного УЗИ недостаточно

Диагностика начинается не с поиска «кист» и не с одного специального анализа.

У взрослых диагноз основывается на сочетании признаков после исключения других возможных причин. Международные рекомендации выделяют три основных критерия:

• нарушения овуляции, которые часто проявляются нерегулярным или редким менструальным циклом;
• клинические или лабораторные признаки гиперандрогении — избытка действия мужских половых гормонов (андрогенов);
• поликистозный вид яичников по данным УЗИ органов малого таза.

Для подтверждения диагноза у взрослой женщины обычно требуется два из трех критериев. Если уже есть нарушения овуляции и гиперандрогения, УЗИ для постановки диагноза не обязательно. Для подростков действуют отдельные правила диагностики.

На приеме врач уточняет, как устроен менструальный цикл, есть ли признаки нарушения овуляции, когда появились акне, нежелательный рост волос или выпадение волос. При необходимости назначает лабораторные исследования и УЗИ и исключает другие заболевания, способные давать похожую картину.

Повторно обсудить диагноз с врачом особенно разумно, если:

• Вам когда-то поставили СПКЯ только по УЗИ;
• У вас нет «кист», поэтому синдром когда-то исключили;
• диагноз считали маловероятным из-за нормального веса;
• Вы годами лечите нерегулярный цикл, акне, гирсутизм или проблемы с овуляцией, но никогда не обсуждали с врачом заболевание как более широкий синдром;
• Вам когда-то назначили КОК из-за нерегулярного цикла, но причина нарушения так и осталась неясной.

Ни одна из этих ситуаций сама по себе не означает, что у женщины есть ПМОС. Это повод понять, на каких критериях основан диагноз — или решение его исключить.

ПМОС — это не другое название инсулинорезистентности

Слово «метаболический» создает риск нового упрощения. Раньше синдром сводили к «кистам», теперь его легко начать сводить к инсулинорезистентности.

Наталья Садовая подчеркивает:

«Инсулинорезистентность на данный момент не является диагностическим критерием данного состояния».

Она действительно играет важную роль в механизмах развития синдрома, но ПМОС нельзя диагностировать по одному анализу на инсулин.

Более того, международные рекомендации указывают, что доступные анализы инсулина имеют ограниченную ценность для оценки инсулинорезистентности и не рекомендуются в качестве рутинного исследования при ПМОС.

На практике это означает, что врачу важно оценивать не «есть ли повышенный инсулин» у пациентки, а состояние углеводного обмена и индивидуальный риск развития метаболических нарушений.

Что кроме цикла важно контролировать при ПМОС

Новое название хорошо подчеркивает то, что современные рекомендации учитывали и раньше: наблюдение женщины с ПМОС шире контроля менструального цикла и УЗИ яичников. Это не означает, что потребуется огромный список анализов или наблюдение у нескольких специалистов.

Но несколько параметров имеют значение независимо от того, есть у женщины лишний вес или нет.

Углеводный обмен. Международные рекомендации советуют оценивать его при постановке диагноза, а затем повторять оценку каждые один–три года с учетом индивидуальных факторов риска сахарного диабета. Наиболее точным методом оценки углеводного обмена при ПМОС считается пероральный глюкозотолерантный тест.

Липидный профиль. Холестерин и другие показатели липидного обмена рекомендуется определить при постановке диагноза независимо от возраста и индекса массы тела. Дальнейшая частота контроля зависит от результатов и других факторов сердечно-фсосудистого риска.

Артериальное давление. Его рекомендуется измерять ежегодно.

Современное ведение ПМОС учитывает не только репродуктивное здоровье, но и качество жизни и психологическое состояние женщины. При этом синдроме чаще встречаются тревожные и депрессивные симптомы, сложности с восприятием своего тела и пищевым поведением. Особенно важен такой подход для молодых пациенток, для которых изменения внешности, веса, цикла или переживания о будущей фертильности могут заметно влиять на самооценку и эмоциональное состояние.

Поэтому при необходимости к ведению могут подключаться не только гинеколог и эндокринолог, но и психотерапевт или другой профильный специалист. В «Династии» такой подход позволяет выстроить единый маршрут и рассматривать здоровье женщины комплексно — не разделяя физическое и психологическое самочувствие.

Нужно ли менять лечение после переименования

Само появление названия ПМОС не означает, что прежняя терапия стала неправильной. Как говорит Наталья Садовая:

«Если вам подобрали терапию, которая вам максимально подходит с учетом ваших нынешних репродуктивных планов, то на данный момент ничего менять не нужно».

Тактика и раньше зависела от задачи конкретной женщины. Одной важно контролировать цикл и проявления гиперандрогении. Другая планирует беременность. У третьей требуют внимания метаболические факторы риска.

Поэтому новое название — не повод самостоятельно отменять препараты, менять схему терапии или заново сдавать все анализы. Гораздо полезнее на следующем плановом приеме задать врачу пять вопросов:

1. По каким критериям мне поставили диагноз?
2. Какие проявления синдрома есть именно у меня?
3. Нужно ли мне контролировать углеводный обмен, липиды или другие факторы риска и как часто?
4. Какую конкретную задачу решает мое лечение?
5. Что мне нужно контролировать в долгосрочной перспективе, даже если сейчас меня ничего не беспокоит?

Что считать хорошим результатом лечения ПМОС

Цель лечения не всегда одна и та же. Если женщина планирует ребенка, одной из главных задач может быть восстановление овуляции и наступление беременности. Если беременность пока не планируется — контроль цикла и проявлений гиперандрогении. Параллельно важно учитывать состояние обмена веществ и другие долгосрочные риски.

Для Натальи Садовой репродуктивная задача остается принципиально важной:

«Для меня как для гинеколога важно решить ту репродуктивную задачу, с которой женщина пришла сегодня. Но пациентку с ПМОС важно видеть шире: не только ее цикл сейчас, но и то, что может влиять на ее здоровье через пять, десять или двадцать лет».

В этом, пожалуй, и состоит главное практическое значение перехода от СПКЯ к ПМОС. Новое название предлагает меньше концентрироваться на вопросе «что не так с моими яичниками?» и больше — на другом: какие проявления синдрома есть именно у меня, что сейчас нужно лечить и что важно контролировать в дальнейшем?